b5ee11d1

Дедюхова Ирина - Сказка О Девочке Петровой, Ее Сыне Михаиле, Семи Лет, И Одном Хмыре По Имени Вова



Дедюхова Ирина Анатольевна
Сказка о девочке Петровой,
ее сыне Михаиле, семи лет,
и одном хмыре по имени Вова
Жила-была девочка по фамилии Петрова. И было ей как раз тогда уже,
честно говоря, под сорок лет или чуть больше, точно она мне не говорила. А
еще время от времени с нею случались всякие истории. Одна за другой. И все
какие-то неприятные. Пришла она однажды на работу, а начальник ей вдруг, ни
с того, ни с сего и говорит: "Слушай, Петрова! Вот мы тут посоветовались с
товарищами и решили, что дура ты полная. М-да... Короче, в понедельник
можешь на работу не выходить"
Петрова даже не нашлась, что ответить. Стоит полной дурой, глазами
хлопает. Оглянулась она на своих подруг, с которыми чай пила еще вчера, а
те на нее и не смотрят. Поглядела она на мужиков, с которыми тоже вчера
курила на лестнице. Ничего, вроде, они вчера ей такого не говорили. Только
за грудь щипали и хихикали как-то. Странно, да? А сейчас все были очень
заняты своими делами, и всем было очень некогда. Поэтому на Петрову никто и
не глядел. Потом Петрова увидела, что за ее столом уже сидит Лариса
Петровна из отдела поставок, и спросила начальника: "А чо, мне уже прямо
сейчас уходить?"
- Да, Петрова! Лучше будет, если ты прямо сейчас и свалишь, - честно
сказал начальник по фамилии Кропоткин. - Ты заявление по собственному
желанию напиши, чтобы мне репу не парить и тебе статью не выдумывать. Так,
Петрова, лучше будет. Всем. На, вот тебе листочек!
Вот. Написала Петрова заявление, забрала от Ларисы Петровны свою
косметичку и роман "Грезы разбитого сердца" и пошла, куда глаза глядят.
Лариса Петровна в это время по телефону с Гамбургом разговаривала, город
есть такой за границей. Поэтому Петровой неудобно ее было спрашивать про
другие свои вещички. Например, про авторучку с фараонами и мельхиоровую
ложечку. А еще, главное, Петрова только вчера два килограмма сахара купила
для чаепитий. Знать бы, да?
За Мишкой в садик заходить Петровой было еще рано. Поэтому она пошла
на скамейку в парк. Хотя не май месяц был все-таки. Сидит Петрова на
скамейке, думу думает. Но почему-то мысли на морозе какие-то обрывочные,
ломкие. Сразу замерзают и блям-с! Льдинками ломаются. Оглянулась Петрова по
сторонам, поняла, что всем не до нее, и достала тихонько сигаретку. А
зажигалки-то в косметичке нет! И помады поддельной парижской тоже нет!
Совсем Петровой как-то не по себе стало. Она тут вспомнила, что и
денег-то у нее кот наплакал. Н-да, ситуация. Вдруг видит Петрова, что
напротив нее на скамейке мужичок с ноготок сидит и дорогую сигаретку курит.
Она тогда тихонько свою болгарскую самокруточку в рукав спрятала и спросила
того мужичка: "Мужчина! Сигареткой не угостите?" А чо в такой ситуации
теряться, правда, девочки?
Мужчина молча достал целую пачку, и машет пачкой-то так, к себе.
Ползи, мол, сюда, шалава старая. Петровой все равно до вечера делать было
нечего, она и пошла к тому мужику на скамейку. Закурили, сидят. Вдруг мужик
ей и говорит: "Я бы тебя к себе пригласил, да прилипнешь еще. Намертво."
Петрова только посмотрела на мужика и удивилась. Вроде, когда он напротив
нее сидел, на нем дубленки этой не было и шапки такой приличной... И раньше
у нее не было мыслей прилипнуть к этому мужику, а сейчас вдруг
почувствовала она такую мысль. Но ненадолго. Потому что был мороз, и мысль
эта сразу же у нее в голове вымерзла.
Но нашлась Петрова на этот раз, что ответить. Говорит посиневшими
губами: "Что вы, что вы! Я же вас совсем не знаю!" Мужчина



Назад