b5ee11d1

Дашков Андрей - Мечты Сбываются



Андрей Дашков
МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ
Четвертое июля было особым днем. Во-первых, Ф. уезжал на отдых с женой
и дочерью. Он мечтал об отпуске года три. Во-вторых, это был праздник
большей части прогрессивного человечества. Но если Америка получила в этот
день независимость, то Ф. ее потерял. Это случилось ровно десять лет назад.
Все-таки юбилей... И, наконец, четвертого июля он вдруг осознал, что мог бы
убить свою жену.
Он понял это, стоя в душном тамбуре вагона, посасывая сигаретку и
глядя на пыльные окраины родного города, проплывавшие за не менее пыльным
окном. Он вспоминал фразу, презрительно брошенную женой, когда они торчали
на перроне в ожидании поезда. Что-то о людях второго сорта, которым не
суждено стать солью земли. Как ни пытайся, как ни тянись, как ни выпрыгивай
из штанов. Это о нем.
Ф. промолчал. Он только бросил взгляд на ее стройные ноги, большую
грудь, смазливое личико и вдруг прочел мысли жены так же ясно, как если бы
они были титрами на экране ее мозга-телевизора, принимавшего
один-единственный канал, по которому круглосуточно шла бесконечная "мыльная
опера". ТАМ было все, что положено: белые "мерседесы" и розовые фламинго,
красивые виллы, красивые яхты, рулетка, красивые металлокерамические зубы,
умопомрачительные драгоценности, рестораны, ночные клубы, отсутствие серых
будней, вечный праздник жизни, красивые и богатые друзья с изысканными
манерами, красивые наряды от известных кутюрье, пляжи, пальмы,
коктейль-парти, гольф, бассейны, отели, тонкий флирт, изящные интриги -
самая увлекательная игра на свете, и, конечно же, молодость, продлеваемая
настолько, насколько хватит фантазии для сочинения новых "серий", что само
по себе тоже КРАСИВО (одно из ее любимых словечек). А в титрах, выросших
до огромных размеров, занявших весь экран и повторявшихся беспрерывно,
появился неутешительный итог: она ПРОДЕШЕВИЛА.
Эта ужасная мысль не давала ей покоя. Это было равносильно признанию
непоправимой ошибки. Это означало, что жизнь прожита напрасно. Грубо говоря,
псу под хвост.
Но грубой жена Ф. не была никогда. О нет. Она вливала свой яд в его
уши маленькими, не смертельными и почти незаметными дозами. Однако яд
накапливался в течение десяти лет. И четвертого июля Ф. почувствовал,
что отравлен.
Это стало неожиданностью для него самого. Разве он не привык к ее
обидным замечаниям, намекам, попыткам уязвить, коснуться самых больных
мест, задеть самолюбие - и все сделать тихо, без ссор и скандалов, с
улыбочкой, в высшей степени "интеллигентно" (иногда даже с добавлением
словечек "милый", "дорогой", "любимый"?.. Она ни разу не дала ему
повода выяснить отношения.
Само собой, возникал резонный вопрос: "Ну а убивать-то зачем?"
Недолгая возня в суде, раздел имущества, развод - и гуляй. Но не все так
просто. Некоторые люди одним фактом своего существования заставляют других
ощущать собственную несостоятельность. И это не комплекс неудачника, не
маниакальная потребность в самоутверждении (ну, может быть, совсем чуть-чуть).
Это холодное, трезвое понимание: жена - запрограммированная игрушка.
Знакомая, красивая, очень дорогая игрушка. Но что-то случилось с программой;
игрушка испортилась. Нет-нет, внешне все в порядке, а вот с речью и с
мыслями что-то не так... И, самое обидное, ее уже нельзя починить. Ее можно
только сломать. В противном случае она будет без конца повторять, будто
заезженная пластинка, все то, что он выучил наизусть за последние несколько
лет: "Я хочу жить, как люди. Жизнь коротка.



Назад